13 июля 2004. Первый национальный канал, программа "В гостях у Гордона"

Гарик КРИЧЕВСКИЙ: "Что о наших отношениях с Повалий думает Лихута? А нам с Таей все равно"

На эстраде иногда так бывает. Выходит артист на сцену - и голос прекрасный, и песни замечательные поет, - а залу неинтересно. Зал, что называется, мертвый, и зрители ничего с собой не могут поделать. Другое дело - мой сегодняшний собеседник. Бешеная энергетика, темперамент, прекрасные песни, которые он пишет сам... Его имя Гарик Кричевский.

Если бы 41 год назад бдительная сотрудница львовского загса не отказалась записать в метрике новорожденного Гарика Габриэлем, его биография сложилась бы наверняка иначе. Что ни говорите, с таким шикарным иностранным именем можно стать киноактером с амплуа героя-любовника или культовым писателем, но уж никак не исполнителем приблатненного шансона.

Вообще, жизнь Кричевского парадоксальна, как четырехугольный треугольник. Он вырос в "нацiонально свiдомому" городе, но пишет исключительно по-русски. Единственный сын в семье мирных медиков - стоматолога и педиатра, - он с особым смаком поет о бандитах, ворах и ментах. Ему, казалось бы, на роду написано до пенсии носить белый халат, а он сделал своим фирменным знаком черный цвет и одевается в богемном стиле Эроса Рамазотти: пиджак, кожаные штаны... По большой любви он женился на племяннице великого альтиста Юрия Башмета, однако в теплых чувствах к классической музыке замечен никогда не был.

И так все. Белое и черное, доброе и злое, плюс и минус, а между этими двумя полюсами - искра. Божья. Не потому ли его песни никогда не звучат вполнакала?

"Я тоже из интеллигентной семьи врачей, и тоже с графой. Той же..."

- Гарик, при советской власти компартийные идеологи старались привить народу хороший вкус. Существовали недорогие абонементы в филармонию, которую, как считалось, обязательно надо было посещать, в школы приезжали оперные артисты и музыканты, которые играли классику. Тем не менее народ упорно тянулся к шансону, к бардовской песне, которую с удовольствием слушал не только у костра, под гитару, но и дома, на кухнях. Как ты считаешь, почему у нас так этот жанр любят, почему твое творчество так востребовано? Не оттого ли, что каждый четвертый в нашей бывшей стране в разное время сидел?

- Это очень широкая тема... На мой взгляд, шансон неоднороден. Слава Богу, мы наконец-то нашли для этого жанра термин. Спасибо Саше Фрумину из Санкт-Петербурга - основателю первой одноименной радиостанции, который его придумал. Раньше ведь даже не знали, как это называть. Городской романс? Не соответствует истине.

- Бардовская песня? Тоже вроде бы нет...

- Блатняк? Слишком сужает тематику. На самом деле, в шансоне есть пласт блатных песен, лирических, есть какие-то юмористические песни, музыкальные картинки, как Владимир Семенович когда-то их называл. Все это и объединили словом "шансон", хотя оно, мне кажется, тоже абсолютно неподходящее.

А почему людям нравятся именно блатные песни? Не только потому, что многие пострадали и в каждой семье есть бывший зек.

У нас в семье тоже были репрессированные, но в детстве я об этом еще не задумывался. Меня в блатных песнях прельщало совершенно другое. В то время, когда ты был со всех сторон обложен запретами: то нельзя, это нельзя, - там ощущалась какая-то свобода, романтика. Песни, которые ты не мог услышать по телевизору, совершенно по-другому пелись и звучали. Их, как правило, не исполняли профессионалы, певцы после консерватории, с поставленными голосами. Пели больше душой, как Высоцкий.

Сейчас я живу в Киеве и, если еду в машине, слушаю в основном или "Шансон", или время от времени джазовую какую-то волну. А вот когда долго находился за границей, слушал песни только на русском языке, потому что не хватало общения. Каждый человек, испытывающий дефицит общения, хочет, чтобы ему рассказали незамысловатую историю, а значит, он наверняка включит что-нибудь из нашего жанра.

- Александр Яковлевич Розенбаум, которого я безумно уважаю и люблю, - выходец из интеллигентной санкт-петербургской семьи, мама и папа - врачи. Вдруг в нем что-то проснулось и он начал писать песни, несвойственные его кругу, но очень искренние, настоящие, явно идущие от души, от сердца. Меня всегда занимало: ну где он эти слова и выражения брал? Вот и ты тоже из интеллигентной семьи - только львовской...

-...и тоже врачей, и тоже с графой. Той же...

- И сам по профессии тоже доктор... Что это за закономерность такая?

- У меня другая история. Во-первых, мой папа постоянно слушал Высоцкого и некоего Белинзона, которого никто не знает (он, кстати, киевлянин, работал в ресторане и втихаря записывал на бобинный магнитофон свои песенки). Слушал также Аркашу Северного, с которым был лично знаком...

Я рос на Кресте - это русскоязычный, хулиганский район Львова. Там у нас, как в песне вышеупомянутого классика, в наличии был абсолютно любой контингент - от министров до воров. Приходили ребята-карманники - профессионалы суперэкстракласса. Они рассказывали истории, и все это: терминология, язык - как-то откладывалось в памяти.

Однажды, будучи на гастролях в Нью-Йорке, я давал НТВ интервью, и сноб, ведущий программу, попытался меня поддеть. "Гарик, - сказал, - а почему вы не до конца дорабатываете свои тексты?". - "С чего это вы взяли?" - спрашиваю. "Да вот, в песне про львовский дождь у вас есть слова: "И там в Майами он скучает за дождями". Так говорить нельзя, нужно: скучает о дождях". Я засмеялся. Представляю, как в то время, когда я во Львове жил, ко мне подошел бы Пирожок или Рыжий и сказал: "Я скучаю по дождям". Пришлось объяснить "критику", что песня написана на языке улицы. Да, это жаргон, но на нем разговаривало мое окружение, и переделывать что-либо я не собираюсь. (Поет):

Когда в Одессе солнце и на пляже
Сгорают белоснежные тела,
Во Львове дождь,
и это знает каждый,
Хотя бы раз приехавший туда.

Когда в Узбекистане сохнут лица
И загибаются верблюды от жары,
Во Львове дождь
и всем львовянам снится
О наступленьи солнечной поры.

Кап-кап-кап, ты солнца даже не жди,
Как-кап-кап, идут дожди.
Как-кап-кап,
на крыши стареньких домов...
Я без дождя
не представляю тебя, Львов.

Коли в Москвi зима i снiг по груди,
I мерзне навiть Путiн у Кремлi,
У Львовi дощ. I нашi львiвськi люди
Стрибають з парасольками в руцi...

Между прочим, сегодня на киевском Евбазе, где я живу, есть такие фрукты, такие темы для написания песен...

"Я попал не просто в полное говно, а в... лагерь"

- Ты заговорил о районе Крест, в котором рос, а я смотрю на высокий лоб умного, интеллигентного человека и вижу, что на нем тоже отпечатался - прямо над переносицей - крест. Бесспорно, шрамы украшают мужчину, но скажи: откуда он взялся?

- Женщины думают, что все это получено в боях, во времена бурной молодости, и жанру вроде бы соответствует. На самом деле это, уже будучи артистом-гастролером, я ехал из Москвы в Киев...

- Хорошо звучит: гастролер...

-...и попал в жуткую, с жертвами, аварию. О ней даже в программе "Время" сюжет показывали. Помнишь? В хвост поезда "Москва - Киев", в его последний вагон врезался поезд "Москва - Хмельницкий".

Я ехал в составе "Москва - Киев", мирно спал на нижней полке, а проснулся в луже собственной крови...

- На другой нижней полке?

- Нет, где-то в коридоре. Слышу кричат: "Есть врачи? Давайте на задние вагоны!". Бегу, и тут проводница фонариком на меня посветила. "Господи, - говорит, - сынок, да тебе самому доктор нужен". Меня отвели в сторону, попытались перебинтовать голову. То, что ты сейчас видишь, - результат вмешательства немецких пластиков.

- Гарик, а какая у тебя была врачебная специальность?

- Год я честно проработал в диагностическом центре врачом-рентгенологом.

- Почему ты пошел в медицину?

- Если бы я в ней остался, это было бы четвертое поколение врачей в нашей семье. Если честно, другого пути я даже не представлял (музыка - это так, хобби). Как и родители, я с пяти лет занимался музыкой, играл в вокально-инструментальном ансамбле, но никто не думал, что стану профессиональным артистом. Никогда! Вдобавок медицина мне нравилась, хотя институт очень тяжело дался. В то время я уже активнейшим образом играл на свадьбах, в клубах и ресторанах, хорошо зарабатывал, и на учебу жутко не хватало времени. Я разрывался.

- Уже будучи здесь каким-никаким артистом, ты вдруг все бросил, уехал в Германию. Почему?

- Дим, получилось как? Представь, абсолютная нестабильность. Ни имени еще толком не было, ни концертов - практически ничего. В магазинах в то время стояли лишь уксус и томатный сок. Все занимались мелким барыжничеством, бизнес не был еще сформирован, а в это время случайно оставшиеся в Германии друзья позвали меня в гости. Я поехал без всяких задних мыслей, цель была простая - посмотреть на западную страну. До этого я бывал только в странах социалистического лагеря, а тут вдруг увидел Германию и, как любой совок, умер от обилия колбасы. Конечно, в глубине души я понимал, что у нас все изменится к лучшему, потому что какой-никакой, пусть уродливый, но капитализм, в наличии и свобода присутствует, а это автоматически дает рост экономики. Но друзья давили: "Что ты теряешь? Давай! Это Европа! Весь мир у твоих ног!".

В общем, остался. Через две недели я привык к йогуртам и колбасе, к хорошим дорогам и сразу понял: это не моя тема. Я сознавал: в любом случае вернусь домой, просто не знал, что это произойдет так быстро.

- Когда после долгого отсутствия Михаил Шуфутинский приехал в Советский Союз - помню, это был 90-й год, - я взял у него интервью (это было его первое интервью в СССР). Он рассказал, как в конце 70-х эмигрировал в США и в первый же день пришел в крутой по совковым меркам русский ресторан на Брайтон-Бич. Там собрались наши знаменитые эмигранты: Нина Бродская, Боря Сичкин... Они ему хором сказали: "Миша, поздравляем! Вы попали в полное говно!".

- (Смеется).

- У тебя не было ощущения, что ты попал туда же?

- Ой! Это было ужасно. Я, честно говоря, попал не просто в полное говно, а в... лагерь. Я же оставался в Германии как беженец, но если бы знал, через что мне придется пройти, в жизни не согласился бы. Здесь ведь, если по большому счету, у меня не было никаких проблем...

- Но лагерь хоть оказался не концентрационный?

- Почти - фильтрационный. Теперь представь: у меня в Украине осталась невеста (ныне моя супруга Анжела), уже был назначен день свадьбы, и тут меня в такое место привозят... Двухъярусные военные кровати, в девять завтрак, в два часа обед, в семь ужин - и шляфен (спать). Шаг влево, шаг вправо - расстрел. Никаких документов - их забрали моментально, дали только 200 марок на все про все. Контингент тоже лагерный.

- Мобильных телефонов нет, позвонить невозможно...

- Вот как раз со звонками проблем не было - наши умельцы исхитрились. Брали металлическую марку, цепляли к ней на скотч человеческий волос, опускали в телефон-автомат (тогда они еще были не карточные), и так, придерживая волос, звонили. Мы тогда оставили немецкое правительство в большом минусе...

Я мог по два часа стоять и разговаривать с домом ни о чем. Говорил: "Тут хорошо! А у вас как погода?". Домашние: "Откуда у тебя деньги на разговоры?". - "Мы тут неплохо стоим", - отвечал, хотя на самом деле одолевала смертельная грусть. Подвешенное состояние, никакого движения... Были моменты, когда часа в три ночи так, чтобы никто не видел, я уходил в садик и плакал. Мужской скупой слезой... Хотя просыпался утром, и все было нормально.

"Мне сказали: "В течение двух лет мы сделаем из вас миллионера"

- Сколько это безвременье длилось?

- Месяца четыре. Потом мне наконец-то отдали назад документы, я получил паспорт...

-...вызвал невесту...

- Увы, это было невозможно. Вдобавок уезжать из Германии тоже было нельзя, поэтому, когда, съездив домой на побывку, я возвращался, мне пришлось нелегально переходить границу. Впрочем, это отдельная история. Скажу только, что когда я все-таки рванул за супругой, буквально на следующий день начался августовский путч. Тогда и понял, что завис надолго.

- Гарик, а в какой момент ты ощутил, что твои песни стали известными? Когда услышал, что их запели в ресторанах (это самая высокая, по-моему, мера популярности)?

- Где-то за год до этого мне рассказывали, что мои песни поют там, здесь, но сдвигов ни по количеству концертов, ни по каким-то другим признакам я не ощущал. И вот один из моих первых гастрольных выездов в Одессу за гонорар - мне тогда очень лестно было его получать за собственные песни. Гуляю по Дерибасовской, а на углу Екатерининской был тогда ресторан. Советский такой, классический. Вдруг слышу - оттуда звучит "Привокзальная". Встал как вкопанный, жена рядом. "Анжела, - говорю, - ты слышишь?". Я думал, галлюцинация, для меня это был шок.

- Это был поворотный момент?

- Еще бы! Я стоял и думал: раз играют в ресторане - все! (Поет):

Над городом мерцают фонари,
Стучатся капли в окна запотевшие.
А в кабаках товарищи мои
Гостям играют песни надоевшие.
Уставшими глазами смотрят в зал
На публику, изрядно захмелевшую.
Один консерваторию кончал,
Другой - да что там,
тема наболевшая...
Тусклый зал, мерцают свечи,
А на улице туман.
И играет целый вечер
На "Ямахе" мой друган.
И поет блатные песни
Да совковую попсу,
И несет домой для тестя
Из буфета колбасу...

- Гарик, а ты вообще умеешь под фонограмму петь?

- Ой, это целая проблема. В студии работаешь с одним настроением, определенным образом расставляешь слова, а в концерте всегда поешь по-другому. Обычно выходишь, щелчок - и извлекается из корзины твоего ноутбука знание, как надо петь. В результате непопадание начинается, поэтому для меня сложно под фонограмму петь. Другое дело, что иногда, особенно если идет съемка, приходится.

- Поначалу, хотя твои песни уже звучали по всему СНГ, фамилию Кричевский никто толком не знал. Говорили, что сидел, что эмигрант...

- Я тогда занимался так называемой пробивкой на пафос. Мог, например, зайти в киоск и спросить: "А нет ли у вас случайно КричевскАГА?". Если мне говорили: "А кто это такой?", очень расстраивался, а если отвечали: "Да, есть кассета", получал кайф. "Хотите?" - спрашивали меня. "Нет, спасибо", - и я уходил.

И вот однажды прогуливаемся с друзьями по Москве, и видим на Тверской ларек, из которого несется моя песня. Ну, я успел уже немножко к этому привыкнуть. Заходим, и я так ненавязчиво интересуюсь: "Добрый день. А кто это у вас поет?". - "Да вот один певец из Харькова, Крючковский".

- Когда-то в интервью "Бульвару" ты сказал, что московские продюсеры хотели тебя посадить на цепь, а потом застрелить. Что ты имел в виду?

- Ну, насчет застрелить я пошутил, конечно, хотя в каждой шутке есть только доля шутки... Это было году в 94-м. Я уже познакомился с театром "Академия" - он первым из киевских театров протянул мне руку, мы до сих пор сотрудничаем. Ребята сделали из меня профессионального артиста, устраивали мне гастроли, рассказали, как это делается и так далее... Так вот, мы получили предложение от структуры Лисовского. Она еще занималась шоу-бизнесом...

-...а не коробками из-под ксерокса...

- Да, это было еще до той коробки. В Москве меня принял человек, который все время наклонялся за стол и издавал оттуда такие звуки (втягивает носом). Он говорил: "Вы Кричевский?". - "Да". - "Щас!" - и опять наклонялся и носом что-то втягивал. Что этот тип там делал, я не знаю, но по-моему беспрерывно кокаин нюхал... (Он был абсолютно желтого цвета). "Мы хотим с вами работать, - сказал этот "нюхач". - В течение двух лет мы сделаем из вас миллионера. Вот вам контракт, ознакомьтесь. Завтра встречаемся. До свидания".

Приезжаю в гостиницу, где меня ждет мой директор Юра. С ним и еще с парой-тройкой заинтересованных лиц мы читаем эту бумагу и понимаем, что составлена она очень интересно. Все вроде бы хорошо, но... Спрашиваю: "А при каких условиях можно этот контракт разорвать?" - и понимаю, что это, как в фильме "Крестный отец", - вход есть, а выхода нет.

В общем, я решил, что миллионером быть не хочу, - лучше свободным человеком останусь. Может, с точки зрения экономической поступил неправильно, но с точки зрения душевного комфорта...

- А что это такое, на твой взгляд, душевный комфорт?

- Наверное, он подразумевает максимальную свободу при материальном благополучии.

"Большинство исполнителей нашего жанра - это полная катастрофа, графоманы со сложными лицами"

- Ты часто говоришь себе: "Ах, как все-таки хорошо жить!"? Ты живешь безмятежно, спокойно?

- Слава Богу, именно так я говорю себе каждое утро. Тьфу-тьфу-тьфу!

- Как у тебя рождаются песни: долго, быстро?

- Вообще-то, по-разному. Бывает, удачная песня выплескивается буквально за пять минут. Как, например, "Плавают кораблики по Москва-реке...". Она была написана в московском метро на сорочке - под рукой больше ничего не было - после пива с водкой.

- Да, это вдохновляющий напиток...

- Кстати... А есть песни, которые вымучиваются очень долго, и непонятно почему. Казалось бы, есть мелодия, есть первые строчки (поет):

Прости, что я опять
под утро возвращаюсь,
Полночи пробежав
под мартовским дождем...

И больше ничего. И вдруг через три года ты берешь гитару, случайно делаешь так (играет). И пошло... (Поет):

Прости, что я опять
под утро возвращаюсь,
Полночи пробежав
под мартовским дождем.
Но у твоих дверей я,
как всегда, покаюсь
И напрошусь на чай
с вишневым пирогом.
Прости, что я дыхнул
тяжелым перегаром,
И куртка у меня с бензиновым амбре.
Я со стены сниму старинную гитару,
И зазвучит аккорд
с фальшивой нотой ре.

- В жанре, в котором работаешь ты, мощно, в полный рост стоят Розенбаум, Шуфутинский, Успенская, дедушка, как я его называю, русского шансона Вилли Токарев, много других замечательных исполнителей... Какие отношения сложились внутри вашего цеха? Вы любите друг друга или не любите, общаетесь - не общаетесь, слушаете песни коллег или не слушаете?
С Михаилом Захаровичем Шуфутой

- Естественно, мы встречаемся - особенно в гала-концертах. С покойным Мишей Кругом у меня были дружеские отношения, с Михаилом Захаровичем Шуфутинским - приятельские, с Трофимом - дружеские. С другой стороны, я не верю в то, что у нашего брата нет легкой жабы. Каждого, конечно же, что-то грызет... Почему у этого, например, 20 концертов в месяц, а у того один? Да, хорошая песня, ее часто крутят по радио, но у меня вроде бы не хуже, а ее не крутят... И все равно это отношения далеко...

-...не попсовые?

- Да, при всем уважении к поп-тусовке. Кстати, в ином гала-концерте нашего жанра принимают участие десятка два исполнителей, но 15 из них - это полная катастрофа, графоманы со сложными лицами. Вот вчера он пел попсу, а сегодня побрился, надел цепь и уже шансон исполняет. Однако нам удается сохранять какие-то лояльные, корпоративные, что ли, отношения. Не знаю, то ли жанр обязывает...

-...то ли интеллект присутствует...

- Вот-вот, а когда в Москве я пару раз работал в концертах с большим количеством поп-исполнителей, было впечатление, что кто-то жрет у тебя энергетику со страшной силой, что вокруг какие-то волки непонятные...

-...позорные...

- Именно. Поешь одну песню под фонограмму, а, выходя за кулисы, чувствуешь себя так, будто тебя палками недели две дубасили.

"Я играл на днях рождения, сходняках, стрелках, в саунах - везде, кроме поминок"

- Кто из коллег, работающих в твоем жанре, нравится тебе как слушателю?

- Из нынешних? Ранний Розенбаум однозначно - да! Сегодняшние его песни хороши, но все-таки я не могу сказать, что это мое. Слуцкий Игорь силен. Он не очень известен сейчас в Киеве, но в Москве его имя уже хорошо знают. Игорь не пишет стихи, но все песни, которые он делает, в десятку, практически ни одного промаха я не слышал. Ну кто еще? Танич, конечно. За то, что он делает для "Лесоповала", я перед ним просто снимаю шляпу...

- Корифей!

- Гений! Он хорошо знает тему и подобрал для своей группы абсолютно правильные образы. Когда мы участвуем с "Лесоповалом" в одном концерте, я всегда с огромным удовольствием смотрю их выступление. Ну и, наверное, если говорить о поэзии, то нет, а вот музыкальный материал и качество студийной записи у Михаила Захаровича Шуфуты - да! Безупречно, что тут скажешь!

- Гарик, а у тебя бывало такое, что ты слышишь в исполнении кого-то из коллег песню и начинаешь сокрушаться: "Почему же я такую не написал?".

- О-о-о, сколько угодно! Не могу, например, понять, почему "Белый лебедь на пруду" не я сочинил. Это, в принципе, моя песня.

- А что нужно для того, чтобы написать хорошую песню? Особые условия, вдохновение, водка с пивом?

- Самое главное - душевное равновесие. Лично я не отношусь к тем, так сказать, пишущим элементам, которые должны быть голодными или пьяными.

- Или голодными и пьяными...

- (Смеется). Вот говорят, что блюз - это музыка, которую исполняют хорошие люди, когда у них на душе плохо. У меня совершенно другая ситуация. Если навалились проблемы или я себя плохо чувствую, стих не идет. Страдание не выжмет из меня песню - ни лирическую, ни даже душещипательную, в такие моменты меня как автора нет. Предпочитаю другие варианты: смотреть телевизор, встречаться с друзьями, плакаться в жилетку...

В любом случае я пишу только в хорошем настроении - когда абсолютно сыт, когда никаких проблем, а на улице прекрасная погода. Тут-то, если мне скучно и нечего делать, беру гитарку и пишется песенка.

- Сложно ли тебе писать на заказ?

- Конечно!

- А у тебя бывали написанные на заказ песни, которые впоследствии становились хитами?

- К сожалению, нет. Когда пишешь на заказ, срабатывает какой-то, что ли, тормоз, кажется, что я непременно все испорчу. Если бы я сам это пел, мне бы пошло, а чтобы угодить другому человеку, надо как-то подстраиваться, что-то корректировать под него. Поэтому эгоистический момент присутствует - хитами становятся только те песни, которые пишу для себя.

- В годы, когда ты начинал, исполнители шансона особенно почитались среди людей определенной профессии, я называю их людьми из 90-х. Скажи, тебе приходилось петь на закрытых днях рождения, в саунах, в банях, на сходняках, на стрелках?

- Обязательно, да сколько угодно! Везде, кроме поминок. Тьфу-тьфу-тьфу...

- И как это обычно выглядело?

- Смешная история приключилась на Николиной Горе, где стоит дача одного из "профсоюзных" лидеров. Тогда - это было в самом начале карьеры - у нас был очень доступный гонорар и не существовало понятия "райдер", а пригласили меня за то, что написал "Привокзальную". В общем, мы приезжаем и узнаем, что поем в... сауне. В дом нас даже не пустили, но заплатили по тем временам очень хорошо - за это и я, и музыканты готовы были простить все.

Мы пели в предбаннике, там же стояла аппаратура. Перед нами - небольшой столик, на котором икра, водка, какие-то закуски. Играли мы в никуда, то есть в деревянную стену.

- А слушатели где были?

- Получилось так, что с левой стороны сауна, а с правой - комната отдыха, и вот я пою, а из сауны в комнату отдыха и обратно бегают голые девицы. Туда-сюда...

- Они хоть хороши были?

- Очень, но нам не до них - мы наяривали: "Давай быстрее, брат, налей за бизнесменов и врачей".

- После этого ты и написал песню "На номенклатурной даче"?

- Такая легенда, мною придуманная, существует, но на самом деле песню эту я написал раньше. (Поет):

На номенклатурной даче
Телевизоры "Хитачи",
Деревянная обшивка
И бильярдные столы.
Там нам баньку затопили,
Там мы пели, водку пили
И носы мы воротили
От зернистой от икры.
Говорил хозяин ейной,
Что построил два бассейна
И имеет новый "бентли"
И огромный в Берне счет.
Но одна, кричит, проблема -
У него больная тема! -
Он глазами вроде хочет,
А не может ничего.
А за окном охрана грустная скучает,
И теплый ветер ели стройные качает.
И добрый пес в зеленой будке
у забора
Гоняет мух к соседской даче
прокурора...

"Она привезла мне слона с хоботом в виде фаллического символа"

- Во время выступлений перед такой аудиторией тебя могли обидеть, ущемить твое человеческое достоинство?

- Был эпизод, когда у меня отняли микрофон. Место, где мы выступали, я называть не буду: те люди еще могут быть живы и здоровы. К нам была приставлена достаточно серьезная охрана, за спиной сидели два автоматчика в бронежилетах, у которых во всю грудь шла надпись "ОМОН" (с ними, учитывая ситуацию, было спокойнее). Короче говоря, я имел неосторожность поздравить своих друзей из Одессы, которых увидел и узнал среди зрителей данного заведения. Точнее, что значит неосторожность - я сделал то, что хотел, но это не понравилось хозяевам города (все происходило не в Киеве, сразу предупреждаю). После этого прямо во время моей песни встал человек - с ним было полдюжины охранников, - вышел на сцену, слегка меня оттолкнул, забрал микрофон...

-...и сам спел?

- Посмотрел на моих музыкантов и скомандовал: "Стоп!". Те остановились. Он сказал: "А вот эту песню вы знаете? Про зайцев?". Музыканты ответили: "Нет!". В это время я подошел к распорядителям и спросил: "Здесь можно навести порядок?". Понимаешь, если бы он был один, я бы с ним разговаривал как мужчина с мужчиной, а так как с ним было пять вооруженных охранников, или там не знаю кого, это уже был бы неравный бой.

Я поворачиваюсь: где там ОМОН с автоматами? - и вижу, что стволы их АКМов опущены, а сами они смотрят куда-то в другую сторону. В общем, минут через 40 ко мне подошли организаторы. Сказали: не обращайте, дескать, на него внимания. Он вас уважает, просто сегодня выпил. И еще что-то сделал. И еще раз выпил. Его обидело, что вы каких-то одесситов поприветствовали, а его нет.

"Во-первых, - говорю, - я его не знаю, а во-вторых, если он такой крутой, мог бы сам со мной объясниться, а не выводить на сцену жлобов и качать права". В общем, такой случай был, но, слава Богу, единственный. Тьфу-тьфу-тьфу!

- Вилли Токарев рассказывал мне, для каких настоящих воров в законе и авторитетов имел удовольствие петь в нью-йоркском ресторан-клубе "Одесса". "Этот (я опускаю фамилии. - Д. Г.) за -платил мне за всю ночь, как за полгода работы, а тот слушал и подпевал - оказалось, он знает весь мой репертуар...". У тебя были моменты, когда ты один на один пел свои песни очень известным в криминальном мире людям?

- Да. Более того, я абсолютно согласен с Вилли в том, что люди, которые находятся на вершине... Как правило, глядя на них, никогда не скажешь, что этот человек принадлежит к верхушке криминального мира. Никогда! Все распальцованные и жужжащие - это водители, охранники и застрельщики, а наверху интеллигентнейшие люди с хорошим вкусом.

- Я сейчас вспомнил... Станислав Сергеевич Говорухин рассказывал мне, как совершенно случайно попал на пароход, где отдыхали "люди, чьих фамилий мы не знаем". Поскольку в свое время он сыграл роль мафиози Крымова в фильме "Асса", ему предложили: "Хотите посмотреть на настоящего мафиози, одного из крестных отцов?". И показали седенького, благообразного старичка-еврея. "Вот он, Станислав Сергеевич, можете с ним познакомиться"...

- Я неоднократно выступал у таких людей и в семьях, и на каких-то вечерах, которые они устраивали, просто с ними общался. Я получал удовольствие. Более того, у них можно много интереснейших, абсолютно житейских вещей узнать...

- Гарик, у тебя прекрасная семья, замечательная красавица-жена, двое детей. Скажи, Анжела не боится отпускать тебя, молодого и красивого, одного на гастроли?

- В общем, боится, конечно, но вариантов нет. До рождения Вики, старшей дочери, она все время ездила со мной, была у нас директором коллектива, тур-менеджером, как сейчас говорят. Сегодня, конечно, уже не может это себе позволить - практически восемь лет Анжела занимается воспитанием. Да, у нее есть поводы для волнений, но не только связанные с тем, что в гостинице я остаюсь после концерта один. Дело в том, что я не очень приспособлен к быту, и еще не было ни одних гастролей без потерь, хотя бы небольших.

- В каком смысле?

- Ну там рубашечка осталась в номере, туфельки, портплед... Как правило, каждую гастроль завершает жертвоприношение, вот жена каждые пять минут и звонит - хорошо, что мобильная связь появилась. "А это ты взял?". - "Да!". - "А это сложил?". - "Yes!". - "Ну хорошо". И все равно что-то забываю.

- Признайся, многие молодые девушки стремятся познакомиться и пообщаться с любимым исполнителем поближе? Как это обычно происходит и чем заканчивается?

- На последний концерт в Москве, например, одна девушка специально приехала из Воронежа. Привезла мне и вынесла на сцену слона - этакого зверя с хоботом в виде фаллического символа. А потом пришла за кулисы и сказала, что долго меня искала...

-...оказывается!

- Да, и при этом ее слон недвусмысленно на меня смотрел. Она спросила о моих планах, я ответил, что еду на следующее выступление, и понял, что надо человека как бы сливать. Девушка расстроилась, расплакалась...

-...и забрала слона?

- Его-то как раз оставила, но и сама осталась в гримерной. Мне уже надо переодеваться, я тороплюсь... В общем, пришел охранник и аккуратно ее попросил. Начались слезы...

- Так всегда заканчивается?

- Ну, как вариант.

"Лихута, не расслабляйся!"

- Я видел твой прекрасный дуэт с Таисией Повалий и заметил, с каким обожанием ты на Таю смотришь, какие трогательные у вас отношения. Вот интересно, а что думает об этом Игорь Лихута?

- А нам с Таей все равно! (Смеется). На самом деле и с Таей, и с Ирой Билык нас связывают дружеские отношения. Разумеется, только дружеские, а все взгляды и остальные нежные моменты - исключительно с разрешения Анжелы, Лихуты и так далее. Мы даже больше для себя играем: а вот что могло быть, если бы... И, конечно, не переходим границы, хотя... Лихута, если ты это интервью читаешь (а он читает, он "Бульвар" много лет выписывает), предупреждаю: не расслабляйся!

- Собираясь с Лихутой вдвоем, вы рассказываете друг другу потрясающие анекдоты. Читатели "Бульвара" тоже не отказались бы их послушать...

- Мне очень нравится такой анекдот.

Встречаются новые русские. Один в расстроенных чувствах, и второй у него спрашивает: "Что случилось?". - "Ты знаешь, в бизнесе я добился всего, но у меня есть проблема". - "Какая?". - "Моя жена. Живу с ней 30 лет. У всех уже жены второго поколения, все уже с молодыми девками, а я только и слышу: "Бабки давай!". Не хочу уже ни спать, ни есть - что делать?". Приятель говорит: "Какие проблемы? Ты богатый человек - подари ей "феррари". Она не впишется в поворот, и ты закроешь вопрос. Все красиво, и никто не подкопается". Тот обрадовался: "Точно!".

Встречаются через неделю. Первый опять расстроенный. "Что такое?". - "Да вот, попал на полмиллиона баксов. Подарил ей "феррари", а она ездит и прекрасно вписывается в поворот. Еще больше меня пилит". - "Ну так подари ей "ягуар". Тот обрадовался: "Это мысль!".

Через неделю встречаются - мужика не узнать: счастливый, довольный. "Что, - спрашивает приятель, - не вписалась?". - "Нет - он ее в гараже загрыз".

- У нас в стране многие исполнители жалуются, что Украина не понимает их искусства и из-за этого им приходится уезжать. А тебя никогда не посещала мысль перебраться куда-нибудь в Москву, я уж не говорю - в Германию?

- Сегодня в России концертов у меня процентов на 20 больше, чем, допустим, в Украине. Казалось бы, логично было и жить в Москве, но, знаешь, Киев настолько удобно расположен, что никаких проблем: полтора часа - ты в Москве, три часа - где-то дальше.
"До рождения дочери Анжела все время со мной ездила. Теперь, когда я на гастролях, жена каждый день звонит"
А разве можно сравнить эти два города? В Москве я устаю на третьем часу пребывания, а в Киеве отдыхаю. Когда приезжаю сюда, понимаю, что я дома, среди своих друзей, среди более управляемых и вменяемых людей. Может, я и неправильно выразился...

- Но зато точно!

- Недаром предки в свое время здесь поселились - все-таки славянский мир начинался с Киева. Как Русь раньше называлась? Киевская! Это потом уже климат непонятно почему поменялся, но энергетически мне именно здесь больше нравится. Пути Господни неисповедимы, все в этой жизни может произойти, но, хотя у меня давно есть возможность переехать, желания нет. Вдобавок сейчас, обрати внимание, сколько артистов, известных очень широко в Москве, Питере и так далее, живут в Киеве.

- Немало...

- Они прекрасно гастролируют, работают за те же гонорары, а то и выше, чем московские артисты, и не хотят покидать Киев. Значит, что-то их здесь удерживает.

- Многие твои коллеги считают, что главное для артиста - результат творчества, выражаемый в условных единицах. Скажи, сколько нужно Гарику Кричевскому, чтобы быть в полном порядке, и что ему нужно, чтобы материально ни от кого не зависеть и всласть писать песни?

- Не так много. Иметь крышу над головой, то есть квартиру или дом с приличным метражом. Иметь машину, а лучше две - не для того, чтобы понтоваться, а потому, что без этого никак. Иметь возможность оплачивать студию, платить своим музыкантам зарплату, покупать одежду в самых дорогих магазинах, очень хорошо питаться: соки, все свежее, все самое лучшее. Если это есть - все!

- Ну, как я понял, питаешься ты хорошо, покупаешь себе одежду в лучших бутиках...

- Кстати, не всегда.

- Да? Бывает, и в секонд-хэнде отовариваешься?

- В секонд-хэнде нет, но, если понравится что-то из такого как бы ширпотреба, покупаю. У меня нет привязанности к престижным маркам, но иметь возможность купить дорогие вещи уже приятно.

Я никогда не забуду слова ныне, к сожалению, покойного Фалько. Может, помнишь, он написал великолепный хит "I like Shopen"? Лет 15 назад я смотрел по польскому телевидению интервью с ним, и когда у музыканта спросили: "Какая у вас мечта?", он ответил: "Автомобиль "феррари - теста росса". "Как? - удивился ведущий. - Вы такой известный артист, у вас хит, и у вас нет "феррари"?". Фалько улыбнулся: "У меня есть возможность его купить, но я этого не делаю". - "Почему?". - "Потому что тогда у меня не будет мечты".

"Раньше мы лихо отплясывали, а теперь только пьем и поем"

- Гарик, мы уже поговорили о продуктах, об одежде. Осталось прояснить ситуацию с автомобилем и крышей над головой...

- У меня пусть и небольшая, но очень уютная квартира почти в центре города, на Евбазе - в шансонном, кстати, районе. Есть машина, у моей жены тоже, холодильник забит. Я, вообще-то, ни в чем не нуждаюсь. Да, хотелось бы иметь лишние деньги, которые можно было бы инвестировать...

-...во второй холодильник?

- (Смеется). Нет. У меня уже год лежит клип, но чтобы его увидели широкие массы, нужно заплатить. На каналах ОРТ, РТР и НТВ грабители какие-то сидят, и свои деньги я туда не понесу никогда, а вот чужие понес бы. Так что, если кто-то хочет расстаться с энной суммой...

- У тебя дома собираются твои друзья-артисты?

- Естественно.

- И кого ты обычно приглашаешь для домашних посиделок?

- Таю, Иру... Фамилии называть? Домой ко мне приезжают Женя Рыбчинский, Сурен Балаян, Игорь Слуцкий, Миша Шуфутинский, Ефрем Амирамов...

- Вы вместе поете? Если да, то что?

- "Я вспоминаю летний вечер" поем... Но не танцуем. Вот этого, к сожалению, нет. Видимо, с возрастом прошло. Раньше, помню, лихо отплясывали, а теперь только пьем и поем.

- Потом опять пьете и опять поете?

- Да (смеется), это какой-то замкнутый круг.

Иногда, кстати, исполняем всякие безобразия. Вот у Трофима есть великолепная песня "Снегири". Мы ее так переделали. (Поет):

За окошком снегири ели куст
с малиною,
Наливные ягоды тлеют на снегу.
Я сегодня ночевал с женщиной
резиновой,
Без которой больше жить просто
не могу.
Или так может быть:
Под ольхой задремал
есаул молоденький,
Заслонив пейсами Тору и Талмуд.
Не буди казака, ваше благородие,
Ведь ему снится сон, как мацу пекут.
А на окне наличники, жуют мацу
станичники...
Черны глаза в окошке том
Азохен вэй, казачий Дон...

Ой, а недавно дуэт "Свитязь" спел для меня новую музыкальную пародию на Таисию Повалий. Это приблизительно так выглядит (поет):

Я когда-то пела джаз, кайфовала,
Только денег мне на жизнь
не хватало.
И в какую-то лихую минуту
Повстречала Игореню Лихуту.
Есть машина у меня, есть и вилла,
И на черный день слегка отложила.
Отложила, отложила...

- Гарик, а бывает, что артисты просят у тебя песни, чтобы самим исполнять?

- Чаще просто берут, не спрашивая. Недавно еду в машине не где-нибудь, по Крещатику - и вдруг по радио "Шансон" слышу свою песню. Наша аранжировка, сделанная Ромой Луговым, моим клавишником бессмертным. Бессменным, точнее...

-...а потому бессмертным...

- Да. Это был "Трамвайчик", который, кстати, пару лет назад я пел на дне рождения "Бульвара". Помнишь? А тут какой-то хмырь надрывается. Сперва я подумал, что у меня галлюцинация началась. Оказывается, можно спеть песню, даже по телефону не спросив. Я уже не говорю о том, чтобы принести деньги, предложить какой-то контракт... Нет, просто так: хлоп! Человек записал диск, отдал на радио, диски, видимо, где-то продаются. В конце говорят: "Спел такой-то...".

- И до свидания?

- Ну тут, конечно, у меня все у-ш-шш! Пламя дракона - ничто по сравнению с тем, что у меня вырвалось.

- А кто из артистов спрашивал разрешения?

- Буба Кикабидзе.

- Даже так?

- Это было в Одессе, на съемках программы Яна Табачника "Честь имею пригласить". Он подошел: "Можно мне спеть "Привокзальную"?". Я опешил: "Для вас - что хотите". Я разрешил ему с большим удовольствием, потому что обожаю этого артиста.

- Наша беседа медленно, но уверенно подходит к концу, и хотелось бы закончить ее красиво. Если есть у тебя какая-нибудь песня, которая тебе очень дорога в данный момент, в данную минуту, я бы хотел, чтобы ты посвятил ее женщинам. Все-таки они - самые преданные, самые трогательные, наверное, твои поклонницы...

- (Поет):

Я к тебе приду осенней ночью,
Я к тебе приду увидеть дочку.
Отряхну плащ от дорожной пыли
И невзгод, что с нами рядом были.
"О любви не говорят.
Но не скрыть ее глазами", -
Мне шептал осенний сад
Золотыми лепестками.
О любви не говорят,
А ласкают нежно руки.
И чтоб не было разлуки,
О любви не говорят.

- Что ж, о любви действительно не говорят - о ней поют...